"Безумие и ужас" этой формулой начинается "Красный смех", и она проходит красной нитью через все собрание нарочито бессвязных "отрывков" из каких-то рассказов и дневников. В самых символичных и отвлеченно-обобщающих произведениях своих А. особенно силен тем, что рядом с абстрактным обобщением с замечательной яркостью вырисовывает жизненные подробности. Этот реализм, как белое рядом с черным, помогает общей яркости впечатлений. Между тем в "Красном смехе" автор, не видавший сам войны, все время говорит символами - и это страшно утомляет. Здесь нет ни одного собственного имени, нет никакого определенного содержания, а только ряд бесформенных ощущений, красочных пятен, неопределенных звуков, смутных душевных движений и, главное, галлюцинаций. Революционный 1905 год произвел, несомненно, впечатление на А., вообще чуждого политики. Он пишет ряд произведений: "Губернатор" (1905), "Так было" (1905), "К звездам" (1905), "Савва" (1906), отчасти "Тьма" (1907), "Царь-Голод" 1907), "Рассказ о семи повешенных" (1908), в которых биение пульса возбужденной эпохи чувствуется очень сильно. При этом, однако, А. проявил полную объективность, обусловленную именно его аполитизмом. Он отнесся к пронесшемуся пред ним урагану как-то со стороны, исключительно как художник, которого интересует только явление, а не сущность. В замечательном рассказе "Губернатор" повествование вертится около чего-то вроде 9 января, перенесенного в провинцию, но с теми же залпами в безоружных людей и даже детей. Самое событие подробно не описывается; автор только очень искусно и тонко оттенил кровавый эпизод разными мелкими бытовыми черточками, безразличие которых делает ужас трагедии особенно рельефным. Но ни губернатор, взмахом надушенного платка давший приказ произвести залп, ни суетливый полицеймейстер, нимало не изображены извергами и злодеями. Так всегда у А.: никто в отдельности не виноват, ужасна жизнь в ее совокупности. Собственно художественный интерес рассказа сосредоточен на той роковой обреченности, с которою "уже на следующее утро после убийства рабочих - весь город, проснувшись, знал, что губернатор будет убит".