– На матче. Янки-стадион.

– Что случилось на девятой минуте?

И тут же махнул рукой:

– К черту! Вы об этом непременно подумали бы и правильно ответили бы на все мои вопросы, даже если бы вас там не было… Как близко вы знакомы с Максом Масловым?

Я снова приподнял одну бровь:

– Обоснуйте, пожалуйста.

– Я расследую убийство.

– Это я понял. И, очевидно, я подозреваемый. Обоснуйте.

– Среди прочих вещей в кармане Кеннета Фабера была маленькая записная книжка. На одной из страничек были записаны карандашом имена четырех мужчин, причем три были помечены галочками. Последним, без галочки, было ваше имя. Арчи Гудвин. Первым – стоял Маслов. Этого достаточно?

– Я бы предпочел взглянуть на записную книжку.

– Она в лаборатории.

Кремер слегка повысил голос:

– Послушайте, Гудвин, вы – частный детектив, работающий по лицензии…

Я кивнул:

– Вот-вот, знакомая песня. А до этого заявление о том, ради кого станет давать свои показания Сол Пензер. О'кей, я вам отвечу: я не знаю никакого Макса Маслова, впервые слышу это имя. Два других имени с галочками?

– Питер Джей. Д-ж-е-й.

– Такого не знаю и никогда не слышал о нем.

– Карл Хийдт, Х-и-й-д-т.

– Это лучше. Модельер, да?

– Он делает наряды для женщин.

– В том числе и для моей приятельницы, мисс Роувен. Я несколько раз вместе с ней ездил к нему в мастерскую помочь ей сделать выбор. Его платья и костюмы высоко котируются, но, как я считаю, ему далеко до фирмы ККК.

– Как близко вы с ним знакомы?

– Практически почти не знакомы, хотя я зову его Карлом, а он меня Арчи. Вы же знаете, как это бывает. Пару раз мы с ним одновременно проводили уик-энд у мисс Роувен. Но вообще я встречался с ним только тогда, когда бывал у мисс Роувен.

– Знаете ли вы, почему его фамилия с пометкой могла попасть в записную книжку Кеннета Фабера?