Сидели, выпивали, вели разговоры далеко за полночь. Когда я был маленький, мне было скучно и неинтересно, но чем старше я становился, тем с большим нетерпением ждал этих вечеров. Расслабившись после вечернего купания и обильного дачного ужина, на веранде, где ночные ароматы кружили голову, родители с друзьями начинали, забыв про мое присутствие, спорить о Чехословакии и Польше, о Солженицыне и Сахарове, о Твардовском и «Новом мире»

А еще на даче можно было слушать не только по-настоящему взрослые разговоры, но и «Голос Америки» со «Свободой», потому что за ао километров от Москвы «глушилки» не работали.

Эта чудесная иллюзия свободы, когда три месяца подряд можно было просыпаться в любое время, ложиться спать, во сколько захочешь, дружить, с кем хочешь, или не дружить ни с кем, где не было ни пионерских линеек, ни сбора металлолома, ни нудной и бессмысленной «общественной работы»!

Я больше всего — оттуда, из той дачной жизни. Вкусив ее однажды, едва ли можно было стать другим человеком.

Михаил Касьянов — географически — родом из места, откуда, как кажется большинству обывателей, пути вели отнюдь не в направлении Кремля или Белого дома. В свое время, как только я впервые услышал, где прошли юные годы будущего премьер-министра, то сразу вспомнил «Балладу о детстве» Владимира Высоцкого:

Дети бывших старшин да майоров До ледовых широт поднялись, Потому что из тех коридоров Вниз сподручнее было, чем ввысь.

Подмосковное Солнцево, где родился Касьянов, действительно вошло в современную мифологию как «культовое» место, где слово «бригада» впервые получило новое значение, никак не связанное с понятием «коммунистический труд». Но, как это часто бывает, между мифом и реальностью — дистанция огромного размера.

Так значит, Михаил Михайлович, вы — солнцевский? У этих крутых ребят, оказывается, даже свой премьер-министр был!