К этому второму приезду в любимый город он стал уже знаменитым писателем, а также признанным ученым-гуманистом и авторитетным юристом-каноником. К его услугам прибегают крупные деятели церкви, в том числе и ее глава - римский папа, который регулярно поручает Боккаччо сложные дипломатические и юридические миссии.

В Неаполе уже нет Роберта Анжуйского. Престол наследовала его внучка юная Иоанна Неаполитанская, женщина темпераментная, чувственная, склонная к веселой, яркой жизни. При ее дворе теперь редко звучали стихи и не велись больше ученые диспуты о старых рукописях. Зато было шумно от балов, праздников и карнавалов, и царили свободные нравы.

Джованни Боккаччо чувствовал себя таким чужим. Его отталкивали праздность и явная склонность к разврату и интригам, характерные для окружения легкомысленной королевы. Но в то же время он ценил ее живой нрав, ее непосредственность и ту атмосферу непринужденного веселья, которая постоянно царила при ее дворе, лишенном чопорного лицемерия дворцов католических правителей, унылого делячества и суетливого меркантилизма его родной Флоренции.

Писатель не принимал участие в шумных развлечениях и тем более в оргиях придворных. Он был для этого слишком серьезным, да и к тому же рано пополнел от сидячей работы. Но Ионна Неаполитанская и ее приближенные любили Боккаччо и восхищались его талантом. Их привлекал прежде всего его необычайный дар рассказчика. Они могли слушать его часами. Позднее он напишет, что идею "Декамерона" ему подсказала неаполитанская королева, плененная мастерством, с каким он услаждал ее и ее друзей своими устными рассказами.

Но подлинным толчком, побудившим Боккаччо написать эту книгу, стала чудовищная, невиданная ни до, ни после эпидемия чумы 1348 года. Она прокатилась по всем странам Западной Европы, унесла не менее половины населения.

Боккаччо, находившийся в это время в Неаполе, чудом уцелел, но потерял множество родных и близких, в том числе отца и молодую мачеху.