"Я, Уильям Сьюард, капитан здешней перепившейся и обкурившейся подземки, уничтожу ротеноном Лох-Несское Чудовище и заковбою Белого Кита. Я доведу до состояния Бессознательного Повиновения Сатану и очищу души второразрядных демонов. Я изгоню кандиру из ваших плавательных бассейнов. Я издам папскую буллу о Контроле за Непорочной Рождаемостью…"

7 лет понадобилось для того, чтобы все, кто хотел ознакомиться с содержанием запрещенной книги, могли это сделать (знакома ли нам эта ситуация?!), и в 1966 году Верховный Суд штата Массачусетс в приговоре от 7 июля «реабилитировал» "Голый завтрак". Оправдав роман, обвинявшийся в непристойности, и признав, что это литературное произведение находится под защитой Первой поправки к Конституции США, высшая судебная инстанция штата отменила ранее вынесенный Высшим Судом Бостона приговор и устранила угрозу запрещения книги во всем штате.

Бостонский процесс, предшествовавший решению Массачусетского Верховного суда, стал звездным часом битничества. С успехом выступавшие в 50-е годы в Сан-Франциско с местными джаз-бандами, мечтали ли когда-нибудь романтические устроители тех веселых «поэзо-коцертов» ("Северянинщина" какая!) о такой сцене?

Среди свидетелей, дававших показания в защиту "Голого завтрака", были Аллен Гинзберг и Норман Мейлер. Чтение стенограммы судебного процесса — занятие, могущее вызвать у читателя с юмором приступы гомерического хохота. Это произведение следовало бы причислить к величайшим достижениям театра абсурда. Абсолютная серьезность и основательность показаний Мейлера, ощущавшего, вероятно, всю полноту ответственности, возложенной на его плечи, сменилась хорошо разыгранным ерничеством Гинзберга, в первых же репликах продемонстрировавшего свое отношение ко всему этому фарсу: