Комэск обо всем доложил командиру полка. Через полчаса замполит, два механика и оружейник выехали на машине к месту падения немецкого самолета. Утром следующего дня они привезли его фюзеляж, из которого техники смастерили огромную сирену, служившую для сбора личного состава. Меня и Володю Баландина на память сфотографировали у фюзеляжа.
Весенняя распутица коснулась и нашего аэродрома. Он стал ограниченно пригоден для полетов. Личный состав батальона аэродромного обслуживания каждый день отводил талые воды, убирал посеревший снег. Но, несмотря на все старания, летное поле раскисало все больше и больше. Однако мы ухитрялись взлетать с него и продолжали сопровождать пикирующие бомбардировщики "Петляков-2" (Пе-2) и штурмовики "Ильюшин-2" (Ил-2) в район Спас-Деменска. Они там наносили удары по скоплениям живой силы и техники врага. Нам приходилось делать в день по два-три вылета.
19 марта мы сделали три боевых вылета на сопровождение бомбардировщиков и штурмовиков. Все порядком устали. День был на исходе, и мы рассчитывали отдохнуть. Вдруг по приказу командира полка срочно собрали летный состав 1-й и 2-й эскадрилий. Голубов сообщил, что он получил из штаба дивизии депешу, в которой поставлена задача: силами двух эскадрилий немедленно вылететь в район Ласки, Стрельное, Буда для уничтожения авиации противника.
Наша эскадрилья составила ударную группу, а 2-я - группу прикрытия, которая должна связать боем вражеские истребители, обеспечивая свободу действий ударной группе. Ведущим решил пойти сам командир полка.
Обе эскадрильи уже взлетели, а командира полка почему-то все не было. (Потом мы узнали, что на его самолете забарахлил мотор). Тогда общее командование принял на себя капитан Сибирин. Мы летели уже более 30 минут, пересекли линию фронта, а самолетов врага нигде не видно. Солнце закатилось за горизонт. Расчетное время нашего полета истекало, но команды на возвращение нет. А тут еще прервалась связь с командным пунктом. В сумерках мы стали терять ориентировку. Я подошел ближе к своему ведущему. Наконец по сигналу старшего обе группы легли на обратный курс.