В один из таких вылетов "Фокке-Вульфы-190" (мы сокращенно называли их "фоккеры") навязали нам бой. Но ни одна сторона успехов не имела. Нам пришлось просто огрызаться и не терять из виду штурмовики. На войне действуют свои суровые законы: мы не могли без прикрытия оставить Илы и по-настоящему ввязаться в бой.

5 мая шестерка истребителей под командованием капитана С. А. Сибирина сопровождала восемь штурмовиков, которые наносили удар по аэродрому Алсуфьево, в 60 километрах за линией фронта. Илы во главе с капитаном А. Я. Суворовым летели на предельно малой высоте. При подходе к цели они сделали горку, сбросили бомбы на стоянки самолетов и склады горючего, одновременно обстреляв их из пушек и пулеметов. Налет был для врага настолько внезапным, что он даже не успел открыть огонь. Все наши машины благополучно вернулись на свой аэродром. В результате этого налета, как потом сообщили, было сожжено около десятка немецких самолетов и склад горюче-смазочных материалов.

Так верой и правдой служили нам "Латышские стрелки" с белыми молниями на борту. Мы на этих машинах сделали более 300 боевых вылетов и сбили 52 фашистских стервятника, потеряв только два своих истребителя.

Кстати, с тех пор белые молнии на фюзеляжах стали отличительным знаком всего нашего авиаполка. Он был хорошо известен гитлеровским летчикам. При встречах в воздухе враг относился к нам с боязливой предосторожностью. В стане противника распространялся слух, будто на таких истребителях летают исключительно Герои Советского Союза и гвардейцы, прошедшие специальную подготовку. Частенько, когда мы появлялись над немецкими позициями и объектами, в эфире звучало предупреждение:

- Внимание! Внимание! В воздухе "белые молнии"!

Немецкая боязливость вызывала у нас улыбку. Ведь летали-то на этих самолетах обыкновенные, простые парни. Правда, многие по заслугам были награждены, но тогда в нашем полку еще не было ни одного Героя Советского Союза.