Одна из больших творческих удач писателя в этом романе — его рассказ о киевской кампании Батыя, о героической обороне Киева, о мужестве и политической зрелости защитников древнерусской столицы. Здесь все интересно и важно: прежде всего тот факт, что на защиту города встало все его население, независимо от положения, занятий, возраста, пола. На вопрос Батыя, заданный еще до начала штурма, одному из русских пленных: «сколько войска в Киеве?» последовал краткий, но весьма весомый ответ: «сколько людей, столько и воинов. Теперь каждый взялся за топор, за рогатину». Эта же тема готовности киевлян к защите своего города прекрасно раскрыта автором и в описании народного веча, в показе непосредственной подготовки жителей к осаде и, наконец, самих боевых схваток всех киевлян с врагом на городских стенах, на улицах, в храмах.
Рисуя картину решительной и энергичной борьбы киевского населения с захватчиком, автор в то же время подчеркивал, что она велась с четким сознанием значительного превосходства сил татаро-монголов. «Не храбростью, не силой и доблестью багатуров одолевали враги, — говорится в романе, — а несметным своим количеством, когда на каждого русского, да часто и не воина вовсе, а просто ремесленника или горожанина, раньше в руках не державшего меч, приходилось по три-четыре хорошо вооруженных, опытных в боях татарских воина. Однако никто не просил пощады, просили только у бога сил, чтобы выстоять до конца».
Неудивительно поэтому, что, овладев совершенно разрушенным в уличных боях Киевом, татаро-монголы не смогли поживиться здесь никакой добычей.