Более того, у этих «непризнанных республик» и у их населения (вовсе не обязательно русского!) есть вектор БУДУЩЕГО, который прямо сопряжен с будущим России. Удельный вес, если так можно выразиться, 25–30 миллионов русских зарубежья многократно превышает численность населения всех непризнанных республик. Но, тем не менее, эти миллионы русских остаются неиспользованным и стремительно ТАЮЩИМ потенциальным ресурсом. Причем не только ресурсом России и русского народа, но и НАШИМ, русских, вычеркнутых из сопричастности современной российской истории, РЕСУРСОМ, ресурсом и возможностью нашего, русских, брошенных в зарубежье, ВОЗВРАЩЕНИЯ в СУБЪЕКТЫ мировой истории из ОБЪЕКТОВ ее воздействия. Но возможность эта ОСУЩЕСТВИМА сегодня и всегда (!) лишь только через возвращение в лоно России — либо путем прямой репатриации и воздействия на российскую историю ИЗНУТРИ, либо путем принятия российского гражданства и проведения ЗНАЧИМОЙ для общероссийского контекста организованной политики на местах постоянного проживания русских, оказавшихся не по своей воле за пределами Российской Федерации.

Остальное — пребывание в виде неприсоединившейся, неопределившейся диаспоры — так или иначе ведет к политической и культурной изоляции, ассимиляции и ИСЧЕЗНОВЕНИЮ нас в качестве части русского народа. Многолетний опыт всех волн русской эмиграции явственно об этом свидетельствует.

До определенного времени особый, исключительный в мировой практике статус НЕГРАЖДАН Латвии и Эстонии позволял русским этих постсоветских республик сохранять свой политический потенциал и в определенной степени воздействовать на исторические процессы в России, быть ОТЧАСТИ вовлеченными в общий русский исторический контекст. Но ОСНОВОЙ этой сопричастности НЕГРАЖДАН Латвии — России и русскому народу — всегда была ВОЗМОЖНОСТЬ для этой, и ТОЛЬКО этой категории русских зарубежья ЛЬГОТНЫМ путем получить ГРАЖДАНСТВО РФ в сокращенные сроки. Все остальное, включая организацию тех или иных акций протеста, всегда было лишь попытками всех (кроме самих русских) участников политического процесса использовать русских ближнего зарубежья в качестве заложников большой политики или просто своекорыстных интересов различных финансово-экономических группировок.