Мысль, в основании своем глубоко верная и достойная всякого одобрения. Если принять в соображение чрезвычайно разнообразные степени умственного и нравственного развития людей, благоденствующих на российской почве, — ничто не представляется столь странным, как единообразная ответственность их перед законом, которого 9/10 из них вовсе не понимают. Но понимание это очень сильно заметно во взглядах на преступность, а еще резче оно высказывается во всех разбирательствах по имуществу. Законы гражданские, можно утвердительно сказать, не имеют никакой солидарности с понятием о праве, присущем нашему народу, и громко требуют коренных изменений, сообразно духу народа и состоянию страны. Вопрос о духе реформ, которые необходимо внести в наше законодательство, весьма сложен и требует внимательного и осторожного обсуждения. Мы не из числа людей, стоящих за регламенты, принесенные к нам из-за моря и насиловавшие и нашу правду, и наш смысл; мы очень хорошо знаем, что «нехвально нам искать правду в немцех», но и не решимся утверждать возможность составлять новые законы по обычному праву, на том основании, что «у нас есть правда по закону святу, юже принесоша с собою отци наша». Нерешимость наша в этом случае основывается на том, что правда, «юже принесоша с собою отци наши», имела огромное и вполне целесообразное значение в то время, когда ее принесли. Но с того времени народ наш пережил много исторических катастроф, которые в значительной степени изменили и его бытовые условия, и отчасти самый его характер. Идя тем или иным направлением по своей исторической дороге, он все-таки развивался и уклонялся от многих патриархальных условий своего прежнего побыта, к которому была как нельзя лучше применима правда, «юже принесоша с собою отци наши». С приходом законодательной власти от «отцев наших», не знавших, что summum jus, summa injuria,