Директором техникума был Борулин, ему было лет сорок и читал он геодезию. На лекциях он ёрничал, говорил сальности и двусмысленности. Наши девочки, а им было по16-17 лет опускали глаза. Была у нас девушка 19 лет Алла Степаненко. Она была симпатичной девушкой с отличительной чертой. У неё был небольшой рот, и очень широкие плоские губы. Борулин пригласил её к доске, увидел, что она пришла в валенках и начал её подначивать. Она ему отвечала немного дерзко, он стал злиться и на одно из её реплик сказал:

– Дважды повторенная острота является глупостью, – на что она ответила

– Я слышу это от вас второй раз.

Мы засмеялись, а Борулин, видя своё поражение в словесном споре, сказал:

– Ваши шутки неуместны.

– Я думаю, и ваши тоже, – был Аллин ответ.

Больше на лекциях в нашей группе он не ерничал. На следующий год он переехал в другой город, Алла всю жизнь проработала секретарём в приёмной первого секретаря Обкома КПСС. При смене большого начальства мой знакомый ей сказал:

– Аллочка, вы меняете первых секретарей обкома, как перчатки.

– В том то и беда, что перчатки я ношу уже десять лет, а это уже четвёртый первый секретарь..

Позже я узнал, что мой знакомый подарил ей перчатки и она, принимая подарок, спросила его словами Чацкого из комедии Грибоедова

"Горе от ума":

– Собаке дворника, что б ласкова была?

Когда Борулин уехал, директором стал Сужаев Вячеслав Иванович.

Был он очень красивым и ярким человеком, с очень большими чёрными, как угли, глазами. Был он прекрасным человеком, любимцем студентов.

Предмет "части зданий" читала его жена, очень миловидная, красивая женщина, Анна Алексеевна. Она только недавно родила ребёнка

(впоследствии инструктора Обкома КПСС), у неё была пышная грудь, и я, шестнадцатилетний мальчишка, таращился на неё, она чувствовала мой взгляд и смущалась. Моё мальчишеское нахальное самолюбие удовлетворялось её застенчивостью.