А нас уверяют со всех сторон, де, не надо краснописания, де, "краткость – сестра таланта". Но древние писали: "О, красноукрашенное слово!.. Это мёд и нектар с божьего луга, это взяток с цветущей матери-сырой земли".

А нас уверяют-де, побольше грязцы, дескать, это же правда. Увы, бывает правда вдохновляющая, созидающая и погубляющая, что хуже лжи.

Мы живём в мире фальшивых мифологем, управляющих нами, в глубине которых закупорен разрушительный смысл ("Никто не забыт, и ничто не забыто", "Кто не работает, тот не ест", "Слово – серебро, молчание – золото", "Деньги-товар-деньги", "Добро должно быть с кулаками", "Вам есть где жить, нам есть где умирать" т.д.). И каждый писательский "поток", не хотящий сливаться в общую полноводную реку, насочинял для себя множество "молитовок", выдумал свои правила поведения, этику и эстетику, наставил по рубежам своих "идолов", пробил свои тропы. А мир, разделившийся в себе, не устоит. И литературная, книжная жизнь не оттого безрадостна нынче, скучна и скудна, что пересеки и засеки наставил ей интернет с телевизором, иль что народ беден, разохотился читать, но потому, что в неё, в самую сердцевину, вклинился, как клещ-кровосос, торгаш, превративший книгу в товар, готовый выпить живую кровь культуры ради прибытка. Ради дохода в двести процентов купец-скряга и банкир-процентщик готовы убить свою мать. Это ещё Маркс признал, и мировой капитал согласился.

Да, "большая воля портит человека". Но отсутствие русской воли вообще погубляет православную душу: сначала разжижает до киселя, а после иссушает и отторгает от родины, выращивает диссидента-космополита. И либеральная дозированная свобода, – не для русского человека, воспитанного волей и пространством.