Допускаю, что сложись их жизнь как раз иначе, они писали бы традиционные мемуары. Не думаю, что им доставляет радость изворачиваться, каждым абзацем взращивая презрение к себе. Подспудно оно присутствует у Н.Горлановой и особенно у С.Гандлевского (в этом их отличие от А.Чудакова, уверовавшего во что-то особо исключительное в собственной жизни, либо в свою художественную одарённость, так или иначе, роман проникнут постыдным самодовольством), присутствует понимание, что нет за душой ни внешней выдающейся жизни, ни внутренних глубоких переживаний. А есть только среднестатистическая литературная грамотность и неряшливая, неопытная беллетризация житейских обыденных свидетельств.

"Я родилась, страшно сказать, в 1947 году. В крестьянской семье. Фамилия отца — Горланов,— возможно, не его, а просто такую дали в детдоме за громкий голос… И т.д. и т.п.

Хотелось бы сказать, справедливости ради, что между текстами двух этих авторов есть всё-таки различия, пусть в данном контексте и несущественные. С.Гандлевский тяготеет к психологизму, а Н.Горланова — к описаниям социального характера.

На фоне подобной прозы подборку рассказов Елены Долгопят можно назвать счастливым исключением.

Охарактеризовать прозу Е.Долгопят непросто, во-первых, непривычное авторское зрение наполняет тексты причудливыми, ускользающими от традиционного анализа образами, во-вторых, контуры её поэтики ещё не сложились полностью. Но ощущение подлинности её художественного мира не вызывает сомнения.

Несколько слов о новом рассказе Ф.Искандера "Сон о Боге и дьяволе". Вот первая ремарка рассказа: "Бог сидит на небесном камне и время от времени поглядывает вниз, на землю, как пастух на своё стадо. А рядом стоит дьявол. Он очень подвижен.

"— Я верю, — сказал дьявол, немного подумав,— что жизнь на земле создал ты. Ты бросил семя жизни на землю. Это факт. Но многие люди говорят, что жизнь на земле за миллионы лет возникла сама. Как бы ты это оспорил?