Господин Пуанкаре, нам необходим Ваш портрет. Имеющиеся у нас фотографии не слишком-то похожи на Вас. Если особенные черты не будут слишком точными, не огорчайтесь из-за такого пустяка…


Примите нужную позицию. Вы обеспокоены? Составлю Ваш портрет по памяти, согласно Вашей политике.


Он стал опять крутиться на стуле. Проглотив зараз целую чашку чая, приставил ладонь рупором ко рту, и его слова слышались так, будто говорил кто-то другой, и казались далекими, чужими, потерянными.


Фигура очень редкая, намного шире, чем выше. Большущий живот. Кушаете много. Лысый. Маленького роста, но чуть больше крысы. Кожа свисает со щек, как у бульдога. Никакой бороды. Много бородавок. Зубы редкие, только два, но такие большие, что занимают место всех остальных. Лицо красное, как и пальцы, которые нельзя было отмыть после войны. В конечном счете кровь двадцати миллионов человек на этих двух руках. И даже на его волосах. И даже на полах его фрака.


Если бы Пуанкаре имел совесть, то ее нужно было бы изобразить в виде большого кровавого пятна. Начиная с самого утра, как только принесут ему документы на подпись, он пачкает их кровью. Потом для отдыха ловит мух, лишь бы чем-нибудь заняться, а потом идет на заседание Лиги Наций.


Как только вернется, ловит к


ота, привязывает тому к хвосту паклю, поджигает ее и дает ему убежать. И так любуется. Рад. Представляет, что может привязать паклю к хвосту всей земле. А потом садится за стол, как обычный смертный. Только ему подносят живое жаркoе. Ему так нравится, потому что таким образом еда стонет в его огромном рту. А он ковыряется в ней медленно вилкой. Кровь увеличивает аппетит и улучшает пищеварение. Во время обеда любит пить молоко. Он пьет его в больших количествах. Поставляют его дети Рура. Доярка — генерал Дегут.




16 из 146