Валентин ЧИКИН. Снижая несколько пафос твоего пролога, хотел бы остановиться на рубежном значении суперкатастроф. Бывает так: предостерегая общество от трагических просчетов власти, оппозиция говорит и год, и два, и три — обличает, раскрывает, внушает — ее не слышат. Затем обрушиваются беды, полностью подтверждающие правоту оппозиции. И тогда у общества возникают нутряные ощущения…

Мы помним, что происходило до 93-го года, как разоблачали Ельцина, какие страсти бушевали на съездах народных депутатов, и тогда вставал вопрос об импичменте, и тогда блокировались попытки изменить Конституцию, отобрать права у народа, но всеобщей поддержки не было. Однако после расстрела "Белого дома" открылись все закупорки в ушах и душах. Как уж повелось: гром не грянет — мужик не перекрестится. И народ вдруг освоил ту правду, которую внушала оппозиция, и уже на ее языке говорил последующие годы.

Таким же рубежным событием можно считать и трагедию "Курска", и пожар Останкинской башни. Россию вдруг ударили в лоб беззащитность и беспомощность. Как? Почему? И вновь прорезается слух, открываются глаза. Поворот в народном сознании произойдет не одномоментно, но уже скоро придет реальное понимание своего будущего.

Еще один признак рубежа. Реакция Запада на наши события. Запад, в течение 10 лет сотрудничая с кремлевским режимом, умело подталкивал страну к катастрофе. Слегка побрехивал, смеялся над Ельциным, над всеми нами, но такого наката на Россию, как сейчас, Запад никогда себе не позволял. Теперь он превращает Россию в мировую плевательницу, и все паскудные ругательства, которые у них как у русофобов внутри наслоились, сейчас выплеснулись. Причем они выводят за скобки и Горбачева, и Ельцина, и все, что натворили их сатрапы за эти 10 лет, а сливают свою ненависть в одно слово — Россия и изображают из нашей страны какую-то гигантскую поганку, которая якобы сейчас на глазах увядает…