- Придется подождать переводчика.

- Разрешите мне... - Гасовский шагнул к столу.

- Вот как! Ну что ж, давай переводи... - согласился полковник. И уже отрывисто спросил: - Фамилия, звание...

Гасовский быстро перевел и, выслушав ответ пленног, отчеканил:

- Никулеску... Двадцать четыре года... Сублокотинент [младший лейтенант (рум.)]. Кавалер ордена "Румынская корона"...

Как только Гасовский произнес его имя и звание, пленный гордо вскинул небритый подбородок.

- Кавалер?.. - переспросил полковник и трахнул кулаком по столешнице. - Стоять смир-рна!..

Пленный вздрогнул и побледнел.

- Пусть рассказывает, - устало произнес полковник. - Все...

Лицо пленного потно залоснилось. Он заговорил быстро, торопливо. Гасовский едва поспевал переводить.

- Он говорит, что их полк участвует в боях с самого начала войны... Он говорит, что сюда они прибыли двадцать пятого. Перед выступлением на фронт полк был переукомплектован. Прибыло пополнение. Но он говорит, что восполнить потери, которые они понесли в районе Петерсталя, так и не удалось... Были уничтожены целые роты. Во втором батальоне осталось восемьдесят человек. Майор Маринеску застрелился. Он говорит, что у офицеров препаршив настроение. Они потеряли надежду, что Одесса будет ими когда-нибудь взята...

- А он у тебя болтливый, - сказал полковник. - Переведи ему, что если он собирается лгать...

Гасовский перевел.

- Божится, что говорит правду. Готов присягнуть... Спрашивает, что ему будет...

- В живых останется, можешь его обрадовать. Для него война уже кончилась. Кстати, кто там у них командует армией?

- Корпусной генерал-адъютант Якобич, - Гасовский перевел ответ пленного.

- Ладно, можешь его увести, - полковник устало махнул рукой.

Несколько ночей они ползали по передовой, засекая огневые точки противника, присматриваясь и прислушиваясь к тому, что творится во вражеских окопах.