Эти многотонные, похожие на льдины, ломти кладут под алмазные пилы, членят их, как на пилораме, режут на аккуратные бруски. Из этих брусков, разделённых на доли, откалиброванных, отшлифованных, будут созданы линзы для биноклей и подзорных труб, танковые триплексы и прицелы, множество разновеликих окуляров, наполняющих систему прицеливания, лазерные дальномеры, телевизионные трубки. И всё это складывается в электронно-оптические комплексы, без которых невозможен воздушный бой, прицельное бомбометание, уничтожение воздушной и наземной цели, пуск ракет, обнаружение противника в момент, когда он ещё не готов к отражению атаки. Все эти стёкла, как немигающие зрачки, уходят с завода на другие оборонные предприятия, где на конвейерах и стапелях стоят штурмовики и бомбардировщики, бронетранспортёры и танки.

Вот зеленоватые прозрачные плиты, которые служат иллюминаторами атомных реакторов. Защищённый от смертельного излучения оператор сквозь эти стёкла наблюдает за реакторным адом, искусственными стальными руками извлекает израсходованные твэлы, ставит на их место другие. А вот зеркала телескопов, среди которых и гигантское, с шестиметровым диаметром, похожее на тёмное недвижное озеро. Это зеркало привезли из обсерватории со склонов Кавказских гор. Где его с великими предосторожностями и усилиями спускали в долину, грузили на платформы, доставляли в низовья Дона, бережно влекли по воде до Москвы-реки и осторожно, перекрывая движение по автотрассам, как драгоценный стеклянный сосуд, доставили на завод. Установили в цеху, где его шлифуют, полируют, удаляют с поверхности образовавшиеся шероховатости и неровности. Придают этой гигантской чаше способность видеть зорче и глубже, ещё дальше заглядывать вглубь Вселенной, просматривать в ней светила и звёзды, доселе невидимые и недоступные.