- Уря! Уря!- пьяно заорал дядя Костя, но, получив в бок сильный тычек локтем от Людмилы Сергеевны, громко ойкнул и обиженный надолго умолк. Процессия быстро сфотографировалась и толпа начала энергично загружаться в автомобильный кортеж. Молодые сели в "Жигули" Власьева. Родители и остальные родственники с обеих брачующихся сторон уплотнились в маршрутном микроавтобусе, который сразу осел днищем до растресканного асфальта. Рессоры "Рафика" заскрежетали, но не лопнули, выдержали. "Гвардейский" строй друзей рассыпался, и они бросились на штурм старенького "Москвича" Миронюка. Больше автотранспорта в кортеже не было. Комбат Алсынбабаев отпихнул животом нахальных лейтенантов и уселся рядом с водителем, начальник штаба обложил забористым матом "особо не понимающих" и занял место за комбатом.

Замполит Рахимов оттеснил плечом маленького Непомнящего и рявкнул:

- Не видишь начальника? Или опять ничего не помнишь?

Витька виновато улыбнулся и сделал шажек в сторону. Образовавшейся заминкой воспользовался Давыденко, прошмыгнувший следом за замполитом и захлопнувший дверцу автомобиля.

- Ну, что, "Незнающий", места не нашлось? Не нужно было рот разевать! рассмеялся никогда не унывающий Хлюдов. - Пойдем "Неслышащий" к рейсовому автобусу, а то опоздаем к отходу и не успеем к столу.

Шкребус вывел из-за кустарника спрятанный в листве мотоцикл и принялся его заводить. Серега потел, ругался, но "аппарат" почему -то не желал работать. Пелько, Ромашкин, Шмер и Бекшимов обступили хозяина мотоцикла, подшучивая над ним. В конце концов "Восход" прекратил сопротивление, зачихал и завелся. Шмер шустро вскочил на сиденье пассажира, пресекая поползновения остальных конкурентов. Шкребус покрыл сочным матом дружка:

- Какого ...! А мне как садиться? Мешаешь!

- Подтяни ногу к животу, перекинь ее через сидушку и садись! огрызнулся Мишка.- Худеть надо, толстобрюхий!

- Я тебя сейчас скину с мотоцикла! Прогуляешься пешочком до полка, а потом посмотрим, будешь еще вякать о том, кому надо худеть! - разозлился Шкребус и разразился тирадой. - Сосем доходягой, стал! Соплей перешибешь! Умник. Это не живот, а трудовой мозоль. Помоги сесть, гаденыш! Шкребус приподнял ногу, а Шмер схватил его одной рукой за бедро, другой за лодыжку и помог перекинуть ее через сиденье. Остальные наблюдатели оживились и устремились к пустующему багажнику мотоцикла.