Мы сели в просторный и мощный джип и поехали сквозь ночь и дождь. Сережка был прав: вел он безупречно, скорость держал, как и обещал, не больше ста, да и прогноз его оказался верным: дорога была на удивление пустынной и тихой, хотя кругом находились многочисленные дачные поселки.

Сережка, несмотря на выпитый коньяк, уверенно вел тяжелый джип, я сидел рядом, а девушки и Лешка расположились сзади, оживленно болтая и перешучиваясь через сиденье с Сережкой.

У меня же, по мере нашего приближения к Москве, настроение портилось, стремительно обгоняя скорость мощной иномарки. Я внезапно остро и безнадежно понял, что мы все возвращаемся в разные жизни. То есть, мои друзья возвращаются в обычную для них, праздничную, яркую, приносящую радость и удовольствие, сытую, благоустроенную во всех отношениях, настоящую жизнь, а я возвращаюсь на её обочину.

На все вопросы и шутки заметивших мое изменившееся не в лучшую сторону настроение друзей, которые постарались меня растормошить, я отвечал односложно и уклончиво, ссылаясь на внезапную головную боль и усталость, стараясь не портить настроение друзьям. Да и что я мог им объяснить? И главное — зачем?

— Что же ты на службу на простых жигулях ездишь? — спросил Лешка Сергея. — Маскируешь достаток? Так сейчас не советские времена. Твой официальный заработок вполне позволяет, что же ты джип в гараже, в запасе держишь?

— Средства-то вполне позволяют, — усмехнулся Сергей. — Только я уже до этого джипа два раза покупал иномарки.

— Ну и что? Где же они? — удивился Алексей. — Неужели наших дорог не выдерживают? Так ты вроде за Москву и не выезжаешь, если не считать сегодняшней поездки, а в Москве дороги вполне приличные за это время стали, это я тебе говорю.

— Дороги меня не пугают, дороги иномарки вполне выдерживают, если, конечно, на них по проселкам не гонять.