Каждый из командиров «партизанских партий» использовал свои методы борьбы с противником, порой очень плохо согласовывавшиеся с основными задачами партизанского движения. Многие захватывали пленных, которые часто восставали и с боями прорывались к своим, нанося урон партизанам. Конвоирование пленных в расположение главных сил не только требовало времени, но и отвлекало от активной борьбы с противником. При конвоировании партизаны могли наткнуться на большие группы французских мародеров либо на французские военные гарнизоны, что также приводило к нежелательным потерям.
Мы уже говорили о том, что часть офицеров порицали жесткую позицию Фигнера по отношению к захваченным в плен французам. Повторим, команды мародеров в большинстве случаев расстреливали, но еще чаще судьбу французских солдат решали крестьянские сходы тех деревень, которые подвергались разграблению. Народный суд, как правило, завершался публичной казнью грабителей. Казнили не только рядовых, но и офицеров-дворян, бесчинствовавших не меньше. Фигнер объяснял свою позицию тем, что прощать неприятелю варварство непростительно, к тому же слухи о жестокости русских охлаждали пыл у многих потенциальных кандидатов поживиться за чужой счет. Фигнер отправлял в главную Ставку лишь небольшие группы старших офицеров, остальных он либо обменивал на своих пленных, либо безжалостно и показательно казнил. Давыдов в своих записках порицает подобный подход, но надо учитывать, что излишнее «рыцарство» стоило жизни многим партизанам.