То есть – антиглобалистской, противолиберальной и националистической (если понимать национализм как систему взглядов и действий, обусловливающих укрепление самосознания и правосознания субъекта государственности, в данном случае – полиэтничной русской нации), неприемлемо настроенной в отношении идеи «общечеловечества», равно как деления на «сверхчеловечество» и «недочеловечество». Необходимо создавать яркий образ самостоятельной Православной цивилизации как важной части мира, цивилизации ныне поруганной, но вновь осуществимой в будущем. Должно быть четкое отмежевание от приоритетов и девальвированных ценностей антихристианского Запада. Акцент здесь – именно на четкости демаркации, фиксации разграничения дискурсов.

Вообще адекватным прогнозом в православной фантастике может быть только один-единственный – сохранение в будущем России как действующего лица мировой истории. Любой вариант несуществования России должен быть отвергнут как заведомо неадекватный и нерусский. Исключение – сценарии, где Россия гибнет, чтобы потом вновь восстать из праха. Что, кстати, соответствует русской исторической реальности и способно «бить по нервам» читателя – в позитивном ключе. Важный момент – образ России будущего должен быть привлекательным – как государства сильного, богатого, влиятельного, свободного. Это нужно в том числе и для вытравливания из населения комплекса «украденного будущего», бесперспективности «этой страны», заведомой ее «второсортности», проигрышности по сравнению с Западом. Православной фантастике следует проводить «грамотное позиционирование» России в комплексном единстве ее истории, современности и перспектив завтрашнего дня, как великой державы, величие которой отлично от завораживающего глянцевого великолепия западного мира.

В нынешней ситуации на внутреннем рынке идей образу России очень вредит тот факт, что у нее нет «официальных», четко обозначенных и признанных врагов, кроме неуловимого и аморфного «международного терроризма».