
— Ты что, специально хочешь, чтобы они нас заметили?
— Никогда не видел такой лодки, — сказал Райан. — Как два стручка. Только слышал про катамараны, а видеть не приходилось.
— Слушай, может, попросишься с ними покататься?
Лицо Райана расплылось в довольной улыбке. Перекатив в очередной раз сигару из угла в угол рта, он снова взглянул на дом и похлопал Билли по плечу.
— Да не суетись ты! Мы от них довольно далеко.
Они пересекли наконец пляж и стали карабкаться по крутому склону, поросшему кустарником и молодым сосняком. На мгновение задержались, чтобы обуться, и вскоре вышли к подъездной дорожке, которая шла позади коттеджей. Слышался шум проезжающих по Прибрежному шоссе машин, но самих машин из-за деревьев не было видно. На дорожке, ведущей к коричневому дому, царила тишина: ни одного автомобиля, кроме тех, что уже приехали и припарковались по обе стороны, больше не подъезжало. Машины стояли во дворе и под деревом, к которому была прибита доска со стрелкой-указателем и крупной надписью: «ВАМ СЮДА!» — и какая-то надпись помельче.
— Отличное место для отдыха! — заметил Райан. — И очень симпатичная и активная компания отдыхающих — каждый занят каким-то своим делом.
Билли Руис с тревогой смотрел в ту сторону, куда уводила подъездная дорожка, и одними губами ругался:
— Этот козел Писарро! Говорили же ему..
Райан чувствовал, как в животе у него холодеет, но так бывает всегда, когда идешь на дело. Ничего с этим не поделаешь, давно пора привыкнуть. Он остановился и, засунув руки в карманы, стал наблюдать за Билли Руисом: тому было явно не по себе. Он шепотом ругался и напряженно оглядывался, втягивал голову в плечи, ходил по обочине из стороны в сторону, пнул попавшийся под ногу камень. Наконец решил закурить и вытащил пачку из кармана рубашки, но зажечь сигарету ему удалось лишь с третьей спички.
