— Так... они наблюдали за вами, — констатировал я. — И вам удалось быстренько спихнуть их на меня. Ну, отвечайте!

Он провел пальцем по лбу и дальше по шраму до подбородка.

— Видите, мне уже досталось один раз и я больше не желаю связываться с этими тварями. Честно, я ничего не делал! Я и понятия не имею, чего они хотят от меня!

— Выходит, вы тоже слабак, — заключил я.

— Нет, это не я! — завопил он. Лицо его побледнело. — Я совершенно чист и понятия не имею, чего это они вынюхивают вокруг меня. Какого черта вы ко мне пришли?

— Потому что хочу знать, зачем вашему приятелю Декеру понадобились деньги.

— Но ведь его жена медленно умирала, вот ему и понадобились денежки.

Откуда мне было знать, что он не отдаст долг?

— Кому?

Он закрыл рот и сжал губы.

— В вашем профсоюзе имеется специальный фонд для таких целей, точно?

В этот раз он сплюнул на пол.

— Кто им распоряжается, Мэл?

Он упорно молчал. Я уселся на край стола и ударил его левой ногой.

— Кто это, Мэл... или вы желаете отведать того же, что отведали те подонки из бара?

Вскочив, я бешено затряс его, но он сразу обмяк в моих руках и даже не пытался вырваться: просто висел с потухшими глазами. Затем он тихо прошептал:

— Ему очень нужны были деньги. Мы думали, что выиграем на бегах.

— Ну?

— Мы выиграли, но этого оказалось недостаточно и мы поставили на другой заезд. Вил взял у ростовщика на несколько сотен больше, чтобы выиграть необходимую сумму. Мы выиграли еще раз и я ушел со своей долей.

Но Вил надумал сорвать большой куш и взял у ростовщика еще тысячу, чтобы добавить к своей части. Но на этот раз он проиграл...

— О`кей. Выходит, он должен был тысячу?

Мэл печально покачал головой.

— Гораздо больше, если учитывать проценты — 20% в неделю. Прошло совсем немного времени, но все равно это составило огромную сумму.

Я отпустил его и он снова упал в кресло.