И ведь - живы-здоровы и по-прежнему с "государственным выражением лица" толпятся не только на модных презентациях, но и возле казенного пирога, как непотопляемый заместитель государственного прокурора Столяров, в военные годы бестрепетно осуждавший мнимых изменников родины ("И тогда приходят мародеры"). Воистину, как говорит один из героев писателя, "одни в огне горят, другие от него руки греют"!
В давние времена один литинститутский остроумец в ответ на вопрос, какой-такой будет коммунизм, сказал: "Это - когда во всех редакциях будут сидеть наши ребята".
Впрочем, не только в этом шутейном смысле назначение Бакланова в перестроечные годы главным редактором "Знамени" и впрямь знаменовало собой явственный шаг в некую "высшую фазу" общественного развития.
Былой глава журнала некогда, как рассказывали, вернулся из ЦК и убитым голосом сообщил, что "есть указание быть самостоятельным". Сменщик же его не только поспешил энергично воспользоваться переменой исторического "климата", но и сам приложил все усилия ради дальнейшего потепления.
На заседании последней в СССР партийной конференции Бакланов потребовал поименно назвать виновников афганской авантюры, а когда определенная часть зала попыталась устроить ему обструкцию, предупредил:
- Вы не волнуйтесь, я выстою здесь, выстою.
Как стоял со своей батареей и перед фашистскими танками. "На фронте у каждого свой передний край, - говорилось в "Пяди земли". - И в жизни, наверное, тоже".
Образцом поведения на литературной передовой был для Бакланова его "крестный" - Александр Трифонович Твардовский, опубликовавший эту повесть в своем журнале.