Школьные шкафчики Джима и Тэнди были рядом, и в Среднюю Школу им. Джорджа Вашингтона и обратно они обычно ходили вместе.

Джиму нравилось шокировать Тэнди.

Я вот думаю, не подняться ли мне на этот пожарный кран и не пописать ли оттуда? – заявил он однажды, театрально протягивая руку к молнии на штанах.

Нет, – закричала Тэнди в ужасе.

Были и более сложные выдумки. Однажды Джим пригласил Тэнди посмотреть, как он играет в теннис со своим глухим кузеном. Около часа Джим “разговаривал” с кузеном руками, переводя Тэнди, которая сочувственно стояла рядом. Вдруг разговор превратился в бурный спор. Пальцы Джима и его кузена летали как вязальные спицы, и в конце концов кузен уступил.

Джим пожал плечами и сказал Тэнди, что он проводит её домой.

О чём вы спорили? – спросила она.

Так, ни о чём, – сказал Джим. – Он спросил, можно ли ему пойти с нами домой, и я сказал нет.

Тэнди сказала Джиму, что он поступил жестоко, и залилась слезами.

О, Джим, как ты мог…

Ох, ради Христа, – сказал Джим, – он же не в самом деле глухой.

Тэнди начала отчаянно рыдать. В течение двух с половиной лет в Александрии она была единственной подругой Джима, и ей доставалось больше всех. Джим постоянно испытывал её.

Однажды в субботу они ехали на автобусе в сторону Коркоренской художественной галереи в окрестностях Вашингтона. Когда они ехали через Потомак, Джим упал на колени, хватая ноги Тэнди.

Джим! – в оскорбительной тишине воскликнула Тэнди. – Что ты делаешь? Прекрати сейчас же, прекрати!

Джим быстро снял одну из её туфель с союзками и начал стаскивать белый носок.

Джим, пожалуйста, – Тэнди положила руки на колени, прижав плиссированную юбку до боли в суставах. Она густо покраснела до корней волос.

Всё, что я хочу – это целовать твои драгоценные ноги, – сказал Джим тем “беззвучным” сладким голосом, который так раздражал её. Этот голос он ставил себе специально, так что никто не мог бы узнать, был этот голос настоящий или нет. Джим взял голую ногу в руки, чмокнул её, затем начал свой сдавленный смех “хи-хи”.