Уайльд положил в основу действия сложную интригу, в которой главными мотивами являются любовь и месть. В пьесе много мелодраматических эффектов, некоторые ситуации весьма театральны, но для сцены она слишком растянута и многословна. Уайльду нельзя отказать в четкости характеристик персонажей, хотя, может быть, он несколько чрезмерно подчеркнул контрасты между ними. Несомненным достоинством драмы является ее стих, и русский читатель находится в выгодном положении, имея возможность познакомиться с этим произведением в переводе такого выдающегося мастера поэзии, как Валерий Брюсов.

"Саломея" была написана Уайльдом по-французски. Он понимал, что пьеса такого рода не сможет попасть на английскую сцену. Французскую же публику подобным сюжетом нельзя было бы смутить. Уайльд писал "Саломею" для великой французской актрисы Сары Бернар, и, как справедливо заметил один английский критик, создавая роль героини, автор имел перед глазами не столько образ библейской царевны, сколько прославленную трагическую актрису: "Если в характеристике и можно найти недостаток, то он состоит в том, что Уайльд изобразил не Саломею, а Бернар..." {L. С. Jngleby, Oscar Wilde, p. 161.}.

В основе этой небольшой, но эмоционально насыщенной и напряженной драмы тот парадокс страсти, о котором Уайльд впоследствии писал и в "Балладе Рэдингской тюрьмы":

"Возлюбленных все убивают,

Так повелось в веках,

Тот - с дикой злобою во взоре,

Тот - с лестью на устах,

Кто трус - с коварным поцелуем,

Кто смел - с клинком в руках!" {*}

{* Пер. В. Брюсова.}

Нет необходимости спорить с Уайльдом о понимании любви. Его изображение страсти имело явно декадентскую окраску: любовь и смерть связаны неразрывным единством. Эта идея проходит через многие произведения буржуазной литературы XX века.

Изображая болезненно мучительную страсть царевны Иродиады к Иоканаану, Уайльд выражает мысль о разрушительной силе любви.