Внимание молодого человека привлекли двое идущих навстречу узбеков. В руках у обоих были пакеты с фирменной ГУМовской упаковкой. Один из них был одет в темный костюм, пальто и ботинки, второй был в ватном халате, сапогах и тюбетейке. По возрасту, он годился первому в отцы. Когда узбеки поравнялись с молодым человеком, тот шагнул навстречу и, мягко, застенчиво улыбаясь, на ломаном русском вежливо у них спросил, не знают ли они, где находится комиссионный магазин. При том молодой человек, извиняясь по-чешски и по-русски, объяснил, что он иностранец, турист из Чехословакии. Узбеки остановились, старший что-то сказал младшему по-узбекски, и тот начал объяснять иностранцу, что они не местные. Чех понимающе кивнул, остановил проходящего мимо солидного москвича и на ломаном русско-чешском языке спросил, как пройти к комиссионному магазину. И уже всем троим начал объяснять, что едет в составе туристической группы. В дороге они растратились и испытывают крайнюю нужду в русских деньгах. Но у них есть много разных вещей, которые они хотели бы продать в комиссионный магазин. И он начал перечислять все, что они везут. Оказалось, что это масса полезных и нужных вещей: дубленки, шубы, кожаные плащи и пиджаки, мужская и женская обувь, часы, радио- и видеоаппаратура. Все это богатство они хотели бы продать за советские рубли. Москвич понимающе улыбнулся и, призвав в свидетели узбеков, принялся объяснять неопытному чеху, что если они сдадут вещи в комиссионку, то сразу денег не получат. Им долго придется их ждать.
Чех сокрушался: ждать они не могут, потому что сегодня едут в Ленинград. Тогда москвич предложил такой выход. Он вместе с этими людьми, указав на узбеков, могли бы купить у них часть вещей за наличные деньги.
— Вот, к примеру, сколько стоит у вас дубленка, кожаный плащ и женские сапоги? — спросил он.