– Рискованный рецепт, – усомнился Кеша. – Сосунок в люльке может спиться до такой степени, что и ходить никогда не научится.

– Ну, я ж научился. И тридцатый год, слава Богу, хожу как ни в чем не бывало.

– Наше-то с тобой поколение крепкое, а вот из нынешних желторотиков неизвестно, что получится.

– Не бойся. Желторотики, когда вырастут, могут и нас, крепких, за пояс заткнуть. Говорят, дети идут дальше своих родителей, – Замотаев прислушался к надсадному плачу малыша в избе и вдруг крикнул: – Люда, выкинь ты этого сверчка в крапиву! Кеша тебе нового сделает.

– Заглохни, гундосый! – тотчас донеслось из окна. – Я тебе, фитиль длинный, кочергой по хребтине так сделаю, что всю оставшуюся жизнь икать будешь!

Не ожидавший столь грубого отпора на свою шутку Замотаев смущенно почесал лохматый затылок. С сожалением посмотрев на друга, спросил:

– Как ты с такой тигрой живешь?

– Будто твоя – толстая бочка-учетчица не тигра?! – оскорбился Упадышев.

– Моя толстуха намного спокойней. Хотя, что скрывать, тоже не сахар. Теперь вот решила похудеть и стала ездить по полям не в рессорном ходке, а верхом на лошади.

Кеша заинтересовался:

– И какой результат?

– Лошадь похудела килограммов на десять. Даже бока у кобылы ввалились.

Голубев, и до того с трудом сдерживавший смех, на этот раз не удержался. Насмеявшись от души, сказал:

– С вами, ребята, не соскучишься.

Замотаев, глядя себе под ноги, огорченно изрек:

– При нынешней жизни, если скучать, можно в одночасье умом рехнуться.

– Чем вам жизнь-то плоха?

– Всем. Колхоз развалили. Придумали дурацкое АО. А что в нем хорошего?.. Настоящих денег с прошлого года не видим. Иной раз Капелька подбросит мелочевку, будто собакам – на драку или курицам – на смех.

– За какие заслуги вам платить? Вчера не работали, сегодня тоже на солнышке греетесь.