— Валера Шмель.

— И что здесь случилось, Валера?

— Мужик лапал мою телку и получил перо в бочину.

— От тебя?

— Да.

— Зачем ты его убил? — спросил Баталов, сделав глоток кофе и затянувшись сигаретой.

— Он обидел мою женщину, — твердо сказал Шмель.

— А где она, кстати?

— Тебе надо — ты и шукай.

— Не хочешь облегчить себе наказание, — печально сказал Баталов. Валера Шмель выплюнул на пол бычок и, молча, опустил взгляд на стол.

— За то, что мужик коснулся твоей бабы, ты его убил, — утвердительно сказал Баталов.

— Да.

— За это не убивают, Валера.

— У нас убивают.

— Чего не убежал? У тебя было возможность, — спросил Баталов. Задержанный молчал.

— Ты знал раньше мужика?

— Нет.

— За что сидел?

— По 162-ой.

— Бандит значит.

— Я честный вор! — сверкнул глазами Валера.

— Вооруженное ограбление, Шмель, — покачал головой лейтенант. — Ты бандит. Забирайте задержанного, сержант, — приказал Баталов и допил кофе.

Двое полицейских увели Валеру Шмеля. Баталов повернулся на стуле к журналистке. Вербицкая вальяжно сидела на стуле, покачивая стройной ножкой в длинном сапоге на высокой шпильке. Она откинула полы кожаного плаща, демонстрируя полные груди, обтянутые тонким кремовым свитерком с глубоким круглым вырезом. В помещение ворвался низенький, плотный мужчина в кожаной куртке с меховым воротником, быстро подошел к оператору и ухватился за камеру.

— Отдай пленку, скотина, — закричал он, пытаясь открыть деку камеры.

Баталов кивнул сержанту. Полицейский обхватил сзади коротышку, провел руки ему под мышками и уперся ладонями в затылок.

— Я хозяин этого бара, — прохрипел мужчина, слабо дергаясь в позе «ласточки».

— Пленка необходима следствию, — четко произнес Баталов и требовательно протянул руку оператору.