Через некоторое время в предрассветной мгле снова послышался одинокий зов смолкнувшей было пташки, но уже более настойчивый, как бы предупреждающий об опасности.

- Кто-то сегодня здесь, Настя, хаживал. - Ермолай вопросительно посмотрел на Веру.

- Клим, может быть, дедушка, выходил к нам навстречу.

- А ты погляди на след.

Вера нагнулась, внимательно посмотрела на широкие следы, которые наполовину успели заполниться весенней водой, и отрицательно покачала головой:

- Нет, дедушка, не его. Он в сапогах, а это какие-то странные. - Вере показалось, что это следы не человека, а скорее всего медведя, но сказать об этом вслух постеснялась.

- Стой, Настя! - остановил Веру Ермолай, когда она хотела перепрыгнуть через ручей. - Здесь надо блюсти осторожность. Погодь, малость поотстань. Он легко перепрыгнул через ручей и скрылся за прибрежными кустами. Не успел Ермолай сделать и десяти шагов, как из-за большого куста выскочил худой и серый, как привидение, солдат в полушубке и валенках. Он выкинул вперед винтовку и глухо крикнул:

- Стой!

- Стою! - ответил Ермолай, соображая, кто перед ним - свой или враг. Он намерился было отбить штык, который поблескивал перед грудью. Но в этот момент успевшая подбежать Вера кошкой прыгнула на солдата и, вцепившись двумя руками в винтовку, ногой ударила его в живот. Солдат качнулся. Раздался выстрел, и эхо гулко покатилось по лесу. Из кустов на дорогу высыпали солдаты в полушубках, с винтовками наперевес. Ермолай, выручая Веру, всем телом навалился на солдата.

К ним подбежал не то солдат, не то командир с перевязанной рукой и рявкнул во все горло:

- Прекратить! Встать! - а затем обратился к Ермолаю: - В чем дело, старина?