Он не сводил тогда взгляда с Линды и видел, что и она смотрит на него, а потом, окинув его беглым взглядом, делала в его сторону движение бедрами под музыку «Кто ты есть на самом деле» – чудесную мелодию, отчего у него мурашки пробегали по коже, она отворачивалась и опять начинала двигаться в такт движениям черной девушки. Если она видела его с Чарли Роузом, она, должно быть, его узнала, но не подала вида, что знает его, не улыбнулась, а лишь вот так виляла бедрами. Оставалось гадать, ему ли предназначены эти движения или нет – возможно, в зале было слишком темно, чтобы разглядеть его, одетого в темный костюм. Девушки исполнили двенадцать номеров.

После седьмого или восьмого номера Чили подумал, что ему надоел шум, и пожелал, чтобы все это поскорее кончилось и он смог бы повидаться с Линдой и поговорить с ней. Ему нравились ее волосы и то, как она изредка проводит по ним рукой. Фигура у нее была просто классная, и эти потрясающие ноги в белых шортах, может быть, самую малость, слишком уж вызывающих. Девушка была что надо. Вот они окончили выступление и раскланивались под аплодисменты и даже одобрительные крики и свистки. Наверное, в зале у нее есть и друзья… Но она пригласила его, захотела, чтобы он был на концерте. Теперь было видно, что она смотрит в его сторону, и он помахал ей рукой в свете верхнего прожектора. Она заметила его, повернулась и направилась к двери, ведущей за кулисы.

Теперь его охватило нетерпение, но он не торопился, не спеша поглядывая по сторонам и размышляя о том, почему в помещении так темно, несмотря на разноцветные фонарики, свешивавшиеся с потолка и отбрасывавшие круги света на стойку бара и столики у задней стены. В переднем зале возле входа помещался главный бар, переделанный из корпуса реактивного истребителя со сложенными крыльями. За ним на стене висела карта полушарий. Но появилась Линда, и теперь ему стало недосуг размышлять о том, какое отношение имеет реактивный самолет ко всем этим цветным фонарикам и не означают ли самолетные крылья какое-то новое слово в искусстве – слово, ему пока что неизвестное. Линда была теперь в белой футболке.