Карта государства на обложке и лицо Путина, его взгляд исподлобья добавляют пластичной характерности отображённому в книге. Кучка хапнувших власть («суверен и его бюрократия») избавилась от какой-либо социальной ответственности и стремится «стать абсолютным собственником критического ресурса XXI века — нефти и качающих её людишек». Но низкий, несмотря на все добытые нефтегазовые активы, статус в иерархии Запада нестерпимо обижает вожделеющую натуру, и она ищет компенсации. Ей хочется единого экономического пространства в СНГ — ради органов с российским доминирующим долевым участием. Существование этих органов «приятно ласкало бы эрогенные зоны нашего фантомного имперского величия», — замечает с блеском остроумия Андрей Пионтковский.
Ответное влечение до того желанно, что ищущая натура поднимается над различием полов. Он один — для населения, которое надобно пугать американцами и якобы исходящей от них угрозой «ядерной кастрации». И другой — для белорусского харизматического батьки с его умением раскручивать на щедрые подарки, «принимая соблазнительные геополитические позы».
Флирт, разочарования. А.Пионтковский констатирует: «Вороватая и бездарная, надменная и трусливая, мечущаяся между Куршевелем и Лефортовом российская политическая „элита“ никак не может понять, что никому она не нужна на постсоветском пространстве в качестве учителя жизни и центра притяжения». Что же делать озабоченному бисексуалу с его сосущей неудовлетворённостью? Нагонять истерию трёпом о мировой закулисе, стремящейся «лишить Россию суверенитета», обещать «французику… что-то отрезать, да так, чтобы больше ничего не выросло», — а волнению естества между тем суждено прорваться таким спонтанным поступком, как нашумевший поцелуй в мальчишечий живот.