- Геноссе Буров, - заговорил он, волнуясь, - вы бы не могли уделить мне немного минут? Я все время хотел застать вас одного, по как-то не получалось. Поверьте, я не буду утомлять вас своим разговором. - Он помедлил и прибавил: - Но заранее должен вас предупредить: то, о чем я буду говорить, никакого отношения к нашим сталелитейным проблемам не будет иметь.

Это будет общечеловеческий разговор, и по очень серьезной теме.

- Заходите, товарищ Гредель, - вяло согласился Буров и положил трубку, понимая, что ни о каких тридцати минутах отдыха теперь не может идти и речи. К приходу Гределя он успел вновь одеться и поправить покрывало на кровати.

- Садитесь, - жестом указал он на диван. Узкие, неподдающиеся загару руки инженера неспокойно лежали на обтянутых серым костюмом коленках, и уже по одному этому Буров догадался, что разговор будет не совсем обычным.

- Хотите стаканчик боржоми? - спросил он.

Немец молча сделал отрицательный жест.

- Сигарету? - поинтересовался Буров.

Но снова последовал отказ. Тонкие губы насмешливо покривились.

- О, данке, данке, я совсем не ради этого вас беспокою. Знаете, геноссё Буров, нам уже осталось каких-то четыре дня гостить на вашей прекрасной земле, а я все хожу и думаю, как к этому подступиться, кому и каким образом сказать... И не скрою, меня очень-очень этот короткий разговор тяготит.

Буров озадаченно улыбнулся:

- Так говорите. Знаете, у нас, у русских, есть точная пословица: берите быка за рога.

Гредель снял ладони с коленок и закивал головой, соглашаясь:

- О, да! Русские пословицы - это моя слабость. Как они точно отображают ваш национальный характер. Вот и на этот раз вы правильно сказали. Давайте действательно брать быка за рога. Я уже предупредил, что мой разговор никакого отношения к нашим сталелитейным делам иметь не будет. Я буду говорить о тысяча девятьсот сорок третий год.

Буров удивленно отодвинулся от него вместе со стулом.