Бекета долго-долго молчал, обдумывая сложившуюся ситуацию. Он то покряхтывал, то вставал с нар и ходил по камере взад и вперед. Снова подходил ко мне, стоял некоторое время в раздумье, затем досадливо махал рукой и опять ходил. Задачка была не из легких даже для такого мудреца, как он. И все-таки я надеялся, ждал как завороженный и боялся поднять на него глаза, опасаясь увидеть в них налет безысходности и тоски. Наконец он остановился, поднял руку вверх и громко щелкнул пальцами.

— Есть! — воскликнул Бекета и широко улыбнулся, открыв свой золотой рот. — Есть, — повторил он, словно факир, выбивший из камня огонь. — Если не проканает это — не проканает ничто. Слушай меня внимательно, Николай! — Он присел передо мной на корточки и стал растолковывать суть. — Сделайте так, чтобы вам помогли сами мусора, — сказал он. — Если вдуматься, это жизненно и очень даже просто. Пусть твой приятель или ты обратится к следователю и попросит его о встрече с большим начальством. Дескать, есть что сказать. Следак ни за что не согласится на это сразу, но постарается «прокоцать пульс», на всякий случай. Зачем? Для чего? Что за разговор? И вот тут надо играть серьезно и по высшему разряду. Сыграть суку, да, да! Но не просто суку, а суку, которая долго думала и решила-таки спасти свою шкуру за счет другого. Вас ведь ждет вышак, все это знают. Усекаешь?

— Пока нет, — поджал я губы.

— Ах! — Он хлопнул себя по коленям и посмотрел на меня как на школьника. — Умирать ведь никто не хочет, факт. И если один из вас решил расколоться как орех и назвать десяток преступлений, которые вы успели совершить за это время, плюс выдать «стволы», бабки и прочее, это заинтересует всех. Следак не посмеет умолчать и не доложить по начальству. Но еще быстрее он подпишется на то, чтобы присвоить заслуги в раскрытии себе. Улавливаешь? Козел наверняка спросит тебя или его: «Что для этого нужно?» Главное — не переборщите, и дело в шляпе. Пусть сам предложит сойтись, сам.