Я жил вольготней. Три тренировки в неделю, две — в академическом спортивном зале и ещё одна, в субботу, в боксерском зале Ленинградского дома офицеров. В академическом зале у меня практически не было противников в моём весе для спарринга, боксировал в основном со средневесом, матросом кадровой команды Братановским, перворазрядником. Тренировки в ЛДО носили ещё более жёсткий характер. Тренировалась сборная Ленинградского гарнизона, и пареньки там были крепкие. Суббота — день увольнения. Но куда пойдёшь, если под глазом фингал, брови посечены и залеплены пластырем. С такой рожей патруль заметет, да и в милицию можно загреметь. В казарме меня с надеждой ждали различного рода страдальцы: заступи дневальным, подмени в пожарном отделении или в группе по борьбе с наводнениями. Был ещё один идиотический наряд: ходить в патруле по территории академии.

Но всё это терпимые, незначительные издержки. Бокс научил меня держать удар, а это важнее.

С теплотой вспоминаю своего тренера Леонида Павловича Кривоноса.

Краснодар. Мартовский денек с голубями в розовом небе, с запахами первой зелени, и человек лет сорока в модном плаще, узких брюках и туфлях на каучуковой подошве — редкость по тем временам. Принять его можно было за приезжего артиста.

Я толкнул Толю Лагетко в бок:

— Гляди, какой фраерок чапает.

— А знаешь, кто это? Новый тренер Кривонос. Будет в юношеской спортивной школе вести секцию бокса.

— Кроме шуток?

— Точно, он.

Кривонос мне тогда не понравился. Пижон, а не тренер.

Между тем через месяц в подвальном помещении юношеской спортивной школы был оборудован настоящий боксёрский зал. И ринг, и «груши», и шведская стенка. Даже новая штанга стояла в углу на помосте.

Охотников заняться боксом нашлось много. Компания в подвале собралась пестрая. Кожзаводы, Дубинка, Покровка — самые буйные в те годы районы — направили своих «лучших» представителей. Даже известный всему городу Хачик явился поглядеть на нового тренера, а заодно и поучиться. «Рыцари» улиц и привокзальных переулков стояли в мятых трусах до колен и скалились. Кривонос оглядел всех внимательно, сказал: