— Привет околоточным! — взмахнул рукой оперуполномоченный Мошкин, одновременно прощаясь с канцелярскими дамами. — Подожди меня, я здесь уже заканчиваю.

Полынцев замер на месте. С одной стороны он был рад встрече с оперативником (теперь не придется тащиться к нему на третий этаж), а с другой — получалась накладка. Кого-то из двух зайцев придется выпускать.

В это время из актового зала вышли бравые сотрудники патрульно-постовой службы, видимо, собиравшиеся на служебный инструктаж. В милицейской среде существует пожелание: «Чтоб тебе на лестнице роту постовых встретить». Обычно это говорят человеку, куда-то чрезвычайно спешащему. Полынцев, хоть никуда не торопился, но роту постовых все же встретил.

— Привет, мужики, — начал он здороваться с каждым сотрудником за руку…

Через полминуты ладонь его смялась в трубочку и болезненно покраснела. Именно в этот момент и подоспел освободившийся оперуполномоченный Мошкин.

— Персональное вам, здрасьте, — протянул он тощую жилистую руку.

— Не жми! — застонал Полынцев.

— Как скажешь, — ухмыльнулся коллега и сунул в его измятую ладонь два длинных костлявых пальца (указательный и средний).

Жест получился не столько шутливым, сколько унизительным. Полынцев смерил двухметрового нахала неприязненным взглядом.

— Складывается такое впечатление, — подозрительно прищурился Мошкин, — что ты сейчас стоишь и про меня всякие гадости думаешь.

— Наоборот, — возразил Полынцев. — Думаю, какой ты видный парень: тощий, рыжий, носатый — красавец!

Оперативник положил на макушку коллеги широкую ладонь, не спеша, спроецировал ее на собственную грудь и, ехидно щерясь, кашлянул.

— Не завидуй высоким людям, малыш, лучше морковку по утрам кушай.

— 2 метра — это рост верблюда, — хмуро пробурчал Полынцев. — Я прям весь обзавидовался.