Все молчали, не способные найти подходящие слова. В комнате было слышно лишь тяжелое дыхание взволнованных людей. Ньюмен объяснил, искажая факты, что во всем виноват Перкинс, который спровоцировал эту драку. Кисснер, так звали начальника, недовольно кивнул и повернул голову к помощнику.

— Рори, не забудьте, чтобы Драйфорд снял у него отпечатки пальцев, — он указал на лежавшего без движения Шиппи. — Мне известно, что Дэн теряет голову, когда сталкивается с торговцами наркотиками, ведь по вине этих мерзавцев он потерял дочь.

Шеф полиции взял документы арестованных, молча прочитал, потом снова обратился к своему подчиненному.

— Рори, помогите Ральфу снять отпечатки пальцев у этих людей и отнесите их в соответствующий отдел.

— Мистер Кисснер, думаю, что по заключенному Перкинсу будут особые распоряжения?

— Вы считаете, что его надо поместить в другую камеру, Ральф?

— Да, он слишком опасен, чтобы помещать его в «третью».

— Возможно, вы правы, Ньюмен. Забудем на этот раз о правиле помещать новичков в третью камеру и отправим негодяя в седьмую.

— Что он сделал с Драйфордом! Мы должны умерить его пыл, — хмуро заметил Ньюмен.

— Ладно, проводите его на место, Ральф, но мне бы хотелось, чтобы этот эпизод был полностью забыт. Внимательно следите за Перкиксом, а если увидите, что он исправился, переведите в третью.

— Согласен, мистер Кисснер, так и сделаю.

Глава вторая

В седьмой камере помещались сливки тюремного общества — наиболее опасные преступники. На совести некоторых из них числились страшные кровавые злодеяния. За ними следили особенно суровые надсмотрщики, чьи сердца были почти такие же черствые, как и у этих осужденных.

Шиппи Перкинса поместили в одну камеру с Манделлой Фарлоу — мрачным типом с длинным волчьим лицом, осужденным на семь лет за вооруженный налет на банк.