Я начинаю думать, что Коэльо действительно мудр той дзенской мудростью, которая заставляет игнорировать внешнее, но видеть скрытое. Помните, как мудрец из прославленной притчи привез вместо черного жеребца белую кобылу, а конь все равно оказался исключительный? Так и Коэльо: он ни черта не понял в русской жизни, ничего не запомнил, кроме слов «Иркутск», «Байкал» и «коррупция», но суть постлиберальной России уловил безошибочно — как всякий законченный воин света или идеальный графоман; эти крайности, как известно, сходятся.
То есть не зря кормили.
№ 4, апрель 2009 года
Марина и Сергей Дяченко
«Цифровой, или Brevis est»
книга номераТо, что пишут киевляне Марина и Сергей Дяченко, давно уже не фантастика: говорю это, разумеется, не потому, что хочу оскорбить любимый род литературы, относя к фантастике лишь сказки о драконах либо космические стрелялки, — а потому, что эти авторы, как всякие большие писатели, изобрели собственный жанр.
Михаил Назаренко, написавший о главном украинском писательском тандеме целую книгу, обозначил его как М-реализм: то ли магический, то ли маринин и сережин. Дяченко пишут притчи с минимальным, чисто символическим процентом условности: есть некая стартовая метафора, вокруг которой разворачивается достоверная, детально проработанная жизнь. Кто скажет, что «Пещера» — фантастика? Фантастического там только то, что главные герои во сне переживают приключения и побоища, которые потом причудливо отражаются в реальности; но ведь и в жизни все так. А «Долина совести» с единственной фантастической придумкой — способностью персонажа привлекать сердца до полной и абсолютной привязки, до невозможности без него обходиться? Я лично знаю таких персонажей…