В связи с этим в "Истолковании замысла" сказано, что до тех пор, пока культивируемое исследование и основательное исследование при помощи проницающего анализа не способно породить совершенной податливости тела и ума, оно является установкой, лишь подобной проникновению; а когда вследствие этого зарождается совершенная податливость ? [самим] проникновением. То есть, пока не достигнута безмятежность, сколько ни занимайся проницательным аналитическим созерцанием, оно не способно в итоге породить радость и блаженство совершенной податливости тела и ума.

А когда достигаешь безмятежности, то проницательное аналитическое исследование в итоге и порождает совершенную податливость. Значит, безмятежность необходима для этого как [основная] причина, о чем речь пойдет ниже.

Итак, когда аналитическая мудрость силой исследования, без закрепления [мысли] на одном объекте, порождает совершенную податливость, она становится проникновением. Ну, а порождение совершенной податливости благодаря закреплению мысли на одном объекте не выходит за пределы способа осуществления безмятежности, даже если объект ? пустота. Значит, этого недостаточно для достижения проникновения.

Далее, если сначала обрести понимание бессамостности и неустанно анализировать ее суть, на основе этого безмятежность не осуществляется, если не была осуществлена раньше. Ежели заниматься не анализом, а закрепленным созерцанием, ? безмятежность осуществляется. Но это способ практики лишь безмятежности, а не проникновения, и, значит, затем приходится добиваться последнего. Поэтому не удается преступить очередность, при которой сначала добиваемся безмятежности, а затем, на ее основе, осваиваем проникновение.