В Махачкале я уже бывал однажды с мамой, но мне всё равно в городе всё показалось удивительным. Дома высокие, улицы широкие, гладкие. И столько магазинов, кинотеатров… А машин!.. И петухи по утрам не поют. И море. Огромное, не то что наше озеро. Море мне особенно понравилось. Оно как живое — то спит спокойно, то бушует и всё время меняет краски: то голубое, то серое, то зелёное.

Остановились мы в гостинице «Каспий». Утром встали пораньше и поспешили к морю. Март, холодно, но какие-то люди купались. Этих чудаков здесь называют «моржами», потому что они не боятся холодной воды.

— Я бы тоже искупался, но если б чуть потеплее, — с завистью проговорил я.

— Что ты, что ты, — закричал Рамазан, — в море купаться нельзя!

— Почему? — удивился я.

— В море акулы водятся.

Ребята засмеялись, я тоже.

— Сам ты акула! Это в океане акулы бывают, а в Каспии их нет.

— А вдруг волна затянет и утонешь?

— Ну и трус же ты, — удивился я.

— А мне отец говорил… — обиженно оправдывался Рамазан. — Он однажды пошёл купаться в море, волны стали его захлёстывать, чуть ко дну не пошёл. Хорошо, товарищ за волосы поймал… Он теперь только с арканом купается.

— Как с арканом? — спросил кто-то из ребят.

— Очень просто. Один конец привязывает к ноге, другой — к большому камню на берегу. Если вдруг волна накатит, он, держась за аркан, выбирается на берег.

Мы все дружно рассмеялись. Вот что значит жить в горах и не видеть моря!.. А потом мне взгрустнулось. Вспомнил своего отца. Если бы не эта проклятая болезнь, он и сейчас был бы жив. И уж он-то не побоялся бы волн, плавал бы без аркана. Мама говорит, что он был очень сильный и ничего не боялся…

После завтрака мы отправились во Дворец пионеров на выставку. Не хочу хвалиться, но из пятидесяти работ только несколько были премированы, и среди них мои работы. Я тоже получил премию.