— Уж не были ли участниками этого заседания магометане, входящие в состав посольства, направленного к вашему королю? Уж не они ли решили разобраться в этом вопросе?

— Нет, сударь, — ответил я.

— Так какой же тогда религии держатся эти ваши господа, не ставящие ни в грош свидетельства Священного Писания, в которых неоднократно упоминаются различные оракулы? И среди них те прорицатели, что вещали с помощью частей своего тела, предназначенных для умножения рода человече ского, а человек — это, как известно, образ и подобие Бога.

— Я имел в виду всех этих чревовещателей, коих Саул изгнал из своего царства, — подтвердил я, — осталась лишь единственная волшебница, одной ногой уже стоявшая в могиле — это ее властный голос воскресил Самуила, предрекшего гибель Саулу. Но наши ученые мужи никак не могут согласиться с тем, что оракулы и впрямь существовали.

— Если Писание их не убеждает, — молвил граф, — следует обратиться к древней истории, в которой сыщется тьма тьмущая самых убедительных доказательств. Вспомним обо всех этих девах-пророчицах, беременных судьбами смертных и порождающих дурную или благую участь для того, кто их вопрошает. Призовем в свидетели Иоанна Златоуста и Оригена: они упоминают о божественных людях, коих греки именовали «энгастримандрами», из утроб этих людей исходили самые знаменитые пророчества. А если вашим господам не по душе ни Писание, ни свидетельства отцов церкви, им следовало бы перечесть Павсания, рассказывающего о девах, которые превратились в голубок и в этом обличье изрекали пророчества в Додонском святилище. Можно напомнить им и о составляющих славу вашей страны галльских девах: они не только изрекали пророчества, но и умели на глазах у вопрошавших превращаться в кого и во что угодно, а также могли усмирять бури на море и врачевать неизлечимых больных.