— Что это, Катюша?

— Эскиз обложки, — вынуждена была тупо пояснить Катя.

— Вот это? — вскинул брови Турищев. — Катюша, вы что же, все перепутали? Что с вами, деточка?

Катя вгляделась в рисунок. Роман еще не был до конца написан, но подробный план Катя проштудировала добросовестно и никаких промашек, кажется, не допустила.

— Что-то не так? — осторожно уточнила она.

— Деточка, не морочьте мне голову, — улыбнулся Турищев. — Где настоящая обложка? Та, о которой мы договорились.

— Договорились? — столь же тупо повторила Катя. Она была в недоумении.

— Ну, о новой визуальной концепции серии, — стер улыбку писатель. — Вы что же, ничего не сделали?

— Но мы не договаривались о новой концепции, Артем Андреевич. Вы что-то перепутали.

Произнесла — и тут же спохватилась. Величайший гений современности не может перепутать, виноват будет кто угодно, только не он. Поэтому Катя покладисто добавила:

— Или я вас неправильно поняла.

— Так готова новая концепция или нет? — сухо осведомился Турищев.

— Нет. Но я не…

— Идемте.

Катя вынуждена была последовать за писателем, причем едва поспевала, такую скорость неожиданно развил вальяжный барин.

В кабинет Жукова ворвались без стука. Жуков и Лайма, похоже, спорили. Катя даже удивилась — чего это Снежная королева так горячится? — но было не до пустых раздумий.

— Эта особа сорвала мне выпуск книги, — процедил Турищев, указывая на Катю движением вздернутого подбородка. — Теперь в срок вам наверняка не уложиться.

— Уложатся, — коротко возразила Лайма, и от неуловимого акцента слова прозвучали приказом. — У меня все рассчитано по дням.

— Конечно, уложимся, — широко улыбнулся Жуков. — Катя, что же вы не подготовили обложку? Ничего, Артем Андреевич. Катя, если надо, работает быстро, она все сделает.