— Художественные концепции не создаются за пару дней, — раздраженно сообщил Турищев. — По крайней мере, адекватные моим произведениям.

— Но ведь концепция у нас есть, — напомнил Жуков. — Прекрасная концепция. Читателям нравится.

— Значит, госпожа Долинина ничего вам не передавала?

«Вот я и пробилась в госпожи, — констатировала Катя. — Влипла так влипла».

Теперь черед тупо переспрашивать настал для Жукова.

— Передавала? — выдавил он.

— Ну, да. Я еще месяц назад сообщил ей, что не удовлетворен старым дизайном. Для моих предыдущих вещей он годился, не спорю. Но я вырос, как художественно, так и интеллектуально, и теперь требуется большее. Госпожа Долинина обещала воплотить мои задумки в жизнь.

— Задумки? — Лицо Жукова выразило искреннее недоумение. — Но наш дизайн хорошо расходится. Зачем задумки? Лайма, разве мы собирались что-то радикально менять?

— Радикально — нет. Арт, объясни толком.

Катя невольно обратила внимание, что коммерческий директор обратился к Лайме как к высшей инстанции, за которой последнее слово. Впрочем, правильно. Турищев отвечает за содержание книги, а обложка — это уже часть имиджа.

— По-моему, все предельно ясно. Месяц назад я озвучил госпоже Долининой свои соображения по новому дизайну, а она должна была воплотить их в жизнь. Она этого не сделала — более того, скрыла мое требование от руководства издательства. Я ведь правильно понял, Сергей Васильевич? Вы были не в курсе? Или… — Турищев угрожающе сдвинул брови, — или вы все знали и намеренно проигнорировали мое мнение?

— Не знал, не знал, — замахал руками Жуков. — Что вы! Как я мог проигнорировать ваше мнение? Но, раз так получилось, возможно, оно и к лучшему? Книга выйдет в привычном оформлении… читатель сразу ее узнает, выделит на прилавке…

— Читателю незачем выделять мою книгу на прилавке, — ледяным тоном парировал Турищев. — Он подойдет и попросит… нет, потребует последнее произведение Арт Тура. И, увидев необычную обложку, сразу поймет, что в моем творчестве наступил новый этап.