
Миссис Пур всхлипнула, и он приостановился. Затем, словно в ответ на какую-то ее фразу, покачал головой, достал из жилетного кармана сигару, снял с нее обертку, осмотрел сначала один конец, затем второй – как бы решая, какой из них для чего. Из другого кармана Юджин достал маленькие ножницы, обрезал сигару и, наконец, прикурил. Едва он это проделал, как сигара выскользнула у него изо рта и, прокатившись по ноге, упала на ковер. Юджин поднял ее и впился в нее зубами.
«Пожалуй, – подумал я, – не настолько уж ты свыкся с мыслью, что тебя убьют, как хочешь это показать».
– Я пришел, – обратился Пур к Вульфу, – рассказать вам все это, снабдить вас фактами и заплатить пять тысяч долларов – и все ради того, чтобы Блейни не сумел избежать наказания. – Зажатая между зубами сигара мешала Юджину говорить, и он вынул ее изо рта. – Если Блейни убьет меня, то я хочу, чтобы кому-нибудь была известна истинная причина моей смерти.
Вульф полуприкрыл глаза.
– Но зачем же платить мне пять тысяч долларов авансом? Что, разве никто не знает об этом? Например, ваша жена?
– Угу, – кивнул Юджин. – Я рассмотрел различные варианты, и этот в том числе. А что, если Блейни убьет и ее тоже? Я не имею ни малейшего представления, когда и как он собирается осуществить свои намерения. Да и кому еще, кроме жены, я могу полностью доверять? Я не хочу рисковать. Разумеется, я думал и о полиции, но мой печальный опыт… Пара ограблений моего магазина… Нет, я даже не уверен, что они вспомнят о моем визите, если убийство произойдет через год или два. – Он сунул сигару в рот, дважды затянулся и снова вытащил ее. – А в чем дело? Вам не нужны пять тысяч долларов?
– Я не получу этих пяти тысяч, – резко ответил Вульф. – Сейчас у нас октябрь, и мое финансовое положение на данный момент таково, что после уплаты всех налогов я получаю лишь около десяти процентов с любых дополнительных поступлений. Из ваших пяти тысяч мне достанется максимум долларов пятьсот. И если этот мистер Блейни действительно настолько умен, то изобличать его в убийстве за пятьсот долларов… – Вульф приостановился и открыл глаза, чтобы посмотреть на миссис Пур. – Можно поинтересоваться, мадам, чему вы так радуетесь?
