Организм ребенка и сам вырабатывает химозин, и получает его с молоком матери, в котором фермент «живет» около 20 минут. Все пока идет в соответствии с законами природы: казеин расщепляется, кости укрепляются. Но как только ребенка отнимают от груди и начинают подкармливать коровьим молоком, нагрузки на железу, вырабатывающую химозин, увеличиваются многократно: ведь в коровьем молоке казеина содержится в 30 раз больше, чем в женском, а от сычуга ничего не осталось, ибо он давно (через 20 минут после доения) отжил свой век. Разумеется, с такой нагрузкой желудок ребенка не справляется, и казеин большей частью остается в его организме нерасщепленным.

Поскольку он в таком виде не может быть использован, то кровь, гоняя молекулы казеина по телу, постепенно засоряет органы и мышцы отложениями мочевой кислоты. Мало того, с возрастом организм вообще теряет способность вырабатывать химозин. И практически весь казеин, содержащийся в молоке и молочных продуктах, которые потребляют взрослые, откладывается в их телах в виде мочевой кислоты. Что означают эти отложения в организме, нетрудно представить, если вспомнить, что казеин – это клей, которым клеят столы. В организме он склеивает шлаковые и солевые отложения, заполняя межпозвонковые пространства и суставы, образуя камни в почках и мочевом пузыре и всевозможные опухоли, откладываясь пластами в прослойках мышечной ткани.

Общая масса казеина в теле может достигать десятков килограммов. Поэтому каждый больной, который вынужден был прибегнуть к очищению организма от казеиновых отложений, чтобы выкарабкаться из безнадежного состояния, «страшно худел»: это из его организма выбрасывались скопления неперевариваемого белка, освобождая жизненно важные пути. Хорошо, что похудание проходило на фоне постоянного улучшения самочувствия и этот эффект не давал больному усомниться в правильности избранной методики лечения.

И только после того, как организм изгонял из себя последние хлопья мочевой кислоты, абсолютно дистрофичный с виду пациент обретал внешность и вес, соответствующие мировым стандартам и вкусам самых привередливых ценителей красоты человеческого тела.