Когда я отдыхал на оттоманке, Шафран иногда тихо забирался на нее и ложился за мной, к стене. Потом, как бы забывшись, упирался всеми четырьмя лапами в подушки и пытался столкнуть меня с оттоманки. И однажды ему это удалось. «Иди на свою кровать», — «проворчал» он.

Позже я уступил ему оттоманку. Он часто спал там на спине, смешно задрав ноги или свернувшись калачиком, иногда во сне тихо лаял, и был, похоже, очень доволен этой маленькой победой.

…В городе между тем случилось очередное криминальное происшествие. Из комнаты гражданки Александры Керзиной на Большом проспекте Петроградской стороны путем подбора ключей украли наручные часы «Победа» и 400 рублей.

Это был первый выезд Шафрана. Я доставил его на место преступления, и он подтвердил, что совсем не случайно занимал первые места по дрессировке в Нальчикской школе милиции. Он уверенно взял след и спустился по лестнице во двор. Там свернул к арке и, пройдя под ней, вышел на Большой проспект. Вскоре — мы уже в парадной дома 40, где он принялся царапать передними лапами дверь коммунальной квартиры № 1.

На звонок открыла пожилая грузноватая женщина. Обнюхав ее, Шафран спокойно направился по коридору к черному ходу и вышел во двор дома. А там без промедления устремился к группке юнцов, кучковавшихся возле садовой скамейки, и набросился на Бориса Васильева, проживающего неподалеку. Тот пытался вырваться и бежать, но Шафран успокоился лишь «передав его в руки закона».

Мы вернулись в отделение. В моем рабочем журнале появилась запись: «Вор посажен в камеру, часы и деньги возвращены под расписку потерпевшей. Расследование ведет Ждановский ОВД, старший оперуполномоченный Н. Горбатенко».

Настроение у меня и других участников розыска было хорошее, даже радостное. Только Шафран не знал одной детали. Перед выходом на место происшествия старейший оперативник, капитан Черепанов, собиравшийся вскоре на пенсию, сказал мне: