Сашка посмотрел на меня с недоверием и надеждой одновременно, как старые девы смотрят на цыганку, гадающую по их ладони.

— Что значит — показал, как правильно охотиться?

— Саша, ну «что значит», «что значит»? Встанешь на четвереньки. Я подам пару команд, вы их выполните вместе. Кардан сразу все поймет, должен понять.

— А без четверенек нельзя?

— Нельзя. Когда ты на четвереньках, то тем самым как бы приближаешься к своему питомцу, становишься ему ближе и понятнее.

Посмотрев на машину и убедившись, что она находится достаточно далеко, Сашка согласился.

— Ладно, давай, только не долго.

Признанный «собачий авторитет» принял необходимое исходное положение, трава ему доходила до локтей. Кардан оторопел от восторга. Вероятно, он испытывал те же чувства, что и красноармейцы, с которыми Ленин нес бревно на первом субботнике. Он осторожно подошел к хозяину и понюхал его. Убедившись, что это не сон, спаниель пристроился справа от стоящего на четвереньках человека и тихо проскулил от избытка чувств. Пара подружейных, не знаю, как сказать… ищеек медленно двинулась вперед. Я начал громко и отчетливо подавать команды.

— Ищи, ищи, ай, молодец! — Затем немного тише, чтобы Кардан не слышал: — Саша, иди влево, по челноку, до камня, а потом вправо метров десять. Да быстрей шевелись.

«Авторитет» вздумал огрызаться.

— Сам попробуй, думаешь, так легко скакать. Камешки в руки колют.

— Саша, не болтай, ты подаешь собаке плохой пример. Работай повнимательней. — Потом добавил громче: — Ай, молодцы, какие! Ищи, ищи.

Пара сделала один полный челнок, затем второй. Кардан не отходил от Сашки ни на шаг. Они вместе, лапа в лапу, продвигались против ветра, изучая участок степи. Чтобы закрепить успех, я погладил одного по голове, другому потрепал длинные уши. «Авторитет» снова взбунтовался:

— Убери руки, сейчас сам будешь свои челноки делать.