Я влюблен в вас, Леа!

Она перестает смеяться и смотрит на него чуточку сокрушенно, как на мальчишку, который болтает вздор.

Леа. Скажите по совести, Давид… неужто вы еще верите в необходимость такого предисловия?

Давид. «Еще»? Что вы имеете в виду?

Леа. В два часа ночи… и в наши-то лета!

Давид (на лице его отражается крайнее изумление). Сказала тоже!

Леа. А что такого я сказала?

Давид (восклицая.) Да мне всего лишь двадцать, старушка!

Леа (таким же тоном). Так вот, старикан, что-то не похоже!

Давид (с минуту стоит как огорошенный). Короче, в наши лета и в 2 часа ночи вам кажется неправдоподобным, что я влюблен в вас?

Пауза. Он пристально смотрит на Леа. Она опускает глаза.

Ладно! Замнем для ясности! Что же сказать вам в два часа ночи и в наши лета? Не подсказывайте, я знаю! «Мадам, я жду, когда пробьет два пятнадцать, чтобы вас трахнуть!»

Леа. Ну что ж… пожалуй.

Давид. Ну что ж, вот и мимо!

Леа (удивленная и, быть может, разочарованная). А-а!..

Давид. А между тем я… я… (Внезапно он берет ее за руки, притягивает к себе и целует в губы так, что она не может дышать.) Если вы не понимаете, что я хочу сказать!

Леа. Слушаю вас!

Давид. Мы возобновим этот разговор, когда вы поверите, что я вас люблю!

Леа (расхохотавшись). Боже правый! Да кого я привела!

Давид. Нет! Это я вас привел!

Леа (поправляясь). Боже правый! Кто меня привел?

Давид. Подумайте хорошенько! Ответ на этот вопрос стоит труда!.. 482-12-36! В рабочее время! (Снова вешает пальто на руку и направляется к двери.)

Она смотрит, как он уходит, не скрывая своего удивления.

(Подойдя к двери, останавливается, возвращается назад, поднимает голову и устремляет взгляд на галерею.) А что у вас там?

Леа. Спальня.

Давид (мечтательно). Гм! Гм!

Леа. Возражения?