Леа (смотрит на него). Я никогда не замечала, что ты смеешься как чудовище!

Матье. Иди-ка пить кофе, вместо того чтобы нести ахинею.

Леа (вне себя). Нет, но, скажи на милость, с кем, по-твоему, ты разговариваешь?

Матье (дурачась). С моей мамой!

Леа. Пора тебе уже начать меня уважать, ты так не думаешь?

Матье. Да, мама!

Леа. Отныне я требую, чтобы ты строго держался в рамках сыновьей почтительности!

Матье. Да, мам!

Леа. И чтобы ты относился ко мне, наконец, как к своей маме.

Матье. Хорошо. мама!

Леа (вне себя). И прекрати меня называть мамой! (Опять садится перед своей пиалой.)

Длинная пауза. Она пьет кофе.

А что если бы это был мужчина моей жизни?

Матье поворачивается к ней, чтобы спросить ее взглядом.

Вообрази себе!.. А?! Ты, с твоими глупостями!.. Где-то теперь мужчина моей жизни?

Матье. Он тебе оставил свой телефон!

Леа. будь он мужчиной моей жизни, он бы не оставил!.. Такие мужчины никогда не оставляют своего телефона!

Матье. Откуда ты это знаешь?

Леа. Знаю, и все!

Пауза. Она пьет кофе. Матье пристально смотрит на нее.

(Притворяется, что этого не замечает, но долго не выдерживает.) В чем дело?

Матье. Ни в чем.

Леа. Смелее, пожалуйста!

Матье. Но, Леа, клянусь тебе…

Леа. Тогда я сама скажу тебе, в чем дело: то, что я смогла бы встретить мужчину моей жизни, кажется тебе столь же невероятным, как найти золотой песок в водопроводной воде!

Матье. Нет, вовсе нет!

Леа. И все же ты немножко удивлен! Признавайся!

Матье. Разве что немножко!.. Но…

Леа. Вот видишь!.. Для тебя Леа – Джоконда с азалией. Тебя беспокоит, что сделала бы Джоконда со своей азалией, будь в ее жизни мужчина? Ты зря волнуешься дорогой. Я уже не раз встречала мужчину моей жизни! Возьмем твоего отца!.. Вот уже один!.. А теперь ты знаешь второго…