МАКСИМОВ. Проход завалили, говоришь? (Далила кивает). Пошлю проверить.

БЕВЗЕНКО. Значит, плов готовите. Афганские женщины научились и такому мужскому делу? Считал, на востоке плов — занятие чисто мужское.

ДАЛИЛА. (Максимову). Вы л-т, тоже так считаете? (Максимов пожимает плечами, он смущен). Апрельская революция научила афганских женщин и винтовку держать, и плов варить. Потом, это не совсем настоящий — из банки плов. Консервированный. Пытаюсь разогреть. После войны приедете в гости, угощу настоящим. Приготовлю, клянусь, не хуже специалиста — ашханщика.

БЕВЗЕНКО. Выходит вы и лектор, и повар. В Союзе медицине учились, наверное?

ДАЛИЛА. (продолжает колдовать над очагом). Собиралась. Обстоятельства сложились, что учиться пришлось на отделении марксистской философии. Русский язык учила, историю Востока. Всех наших в Университете Лумумбы готовили к политической деятельности. Не знаю, кто из однокурсников остался в науке — все на партийной работе. А отец послал на врача учиться. В Москве наши люди убедили, что в освобожденной от феодализма стране партийные пропагандисты нужнее. Врачей и в Кабуле готовят. Так я стала философом.

МАКСИМОВ. Никогда не представлял женщину — философа, а уж встретить здесь, в диких горах, еще удивительнее.

БЕВЗЕНКО. Нас с Сергеем пловом угостите?

ДАЛИЛА. (смеется). Чего захотели! Сергей, я понимаю, ваш товарищ?

БЕВЗЕНКО. Нам пора представиться. Я Николай, он Сергей.

ДАЛИЛА. Меня все зовут Далилой. Ужин готовила для себя и Фазиля, может племянник еще объявиться. Хорошо вести себя будете, и вас приглашу. (Снова улыбается) Вас не кормят пловом?

БЕВЗЕНКО. Одно дело плов из полевой кухни и совсем другое из рук очаровательной девушки.

ДАЛИЛА. Начались комплименты? Я этого не терплю. (Строго). Провожу в солдатскую столовую.